• Наша группа в -

Гарри Поттер, Драко Малфой и рабыни Хогвартса. Глава 4

3420 просмотров

Гарри Поттера и его мир придумала Д. Ролинг. Я просто играюсь с персонажами.

Утром следующего дня ровно в семь Гермиона и Джинни осторожно зашли в тёмную библиотеку Хогвартса. Гермиона поёжилась от ожидания новых ужасов. И от холода тоже: сквозняки в Хогвартсе были сильные, а на рабынях по прежнему были только юбки (до середины поп, ужасно откровенные) и полупрозрачные блузки (не закрывавшие вообще ничего). Гермиона провела рукой по груди: тёмные соски от холода затвердели и, казалось, могли прорвать тонкую ткань.

 — Ну и где Малфой? — шёпотом спросила она.

 — Я здесь, шлюхи! — Гермиона и Джинни аж подпрыгнули от неожиданности.

Малфой лениво откинулся на скамье у стола. Его мантия была задрана, и он подрачивал свой тонкий, но длинный член.

 — Малфой! — прошипела Джинни. — Что, не боишься кончить ещё до того, как доберёшься за нас? — Она понимала, что Драко лучше не злить, но ничего не могла поделать — нервы были на пределе.

 — В отличие от Поттера и Уизела у меня все в порядке с этим делом, — улыбнулся Драко. — Но раз ты так волнуешься... Полезайте под стол!

Рабыни неохотно встали на четвереньки и заползли под стол. Теперь скамья и член Драко оказались рядом с их головами.

 — Ну, чего вы ждёте? — спросил Драко. — Сосите по очереди... или вместе.

Гермиона первая взяла в рот головку пениса Малфоя. Джинни, кажется, ещё не отправилась после вчерашнего, когда Малфой заставил её отсосать у собственного брата Рона. А Гермионе уже приходилось делать минет Малфою — в первый же день, когда он показал девочкам рабский контракт.

«Уж лучше это, — подумала Гермиона, проводя языком по всей длине горячего торчащего хуя, — чем снова принимать Гойла сзади... или ублажать Пэнси». Подумала и сама поразилась: минет Малфою уже кажется ей чем-то не самым плохим.

Драко будто прочитал её мысли.

 — Можете не торопиться, — сказал он, — у вас сегодня будет ещё много работы.

Гермиона выплюнула блестящий от слюны член.

 — Не вздумай снова привести Гарри и Рона! — умоляюще прошептала она.

Джинни что-то согласно промычала — в тот момент, когда Гермиона прекратила сосать, Джинни самой пришлось взять хуй Драко за щеку. Ей ещё больше не хотелось снова обслуживать Рона, но сказать это ей не удавалось — Драко уже пропихнул головку члена ей в горло.

 — Как скажете. Вообще-то я и не собирался их звать, — ответил Драко. — Хватит с них и одного раза пока что. Говорят, ваши хахали теперь подкатывают к нашему новому учителю ЗОТИ.

 — К Тонкс? — изумлённо спросила Гермиона.

 — Да. Ну раз вы им не даёте, должны же они где-то разряжаться. Не с вами, так с другими предательницами крови. Но это сейчас неважно, — отмахнулся Малфой. — Сегодня, дорогие, вы порадуете парней из Слизерина, из родного Гриффиндора, даже из Пуффендуя! Только из Когтеврана никого не будет. Наверно надо было позвать Чжоу Чанг, она бы так на вас отыгралась, шлюхи, за то, что вы увели у неё Поттера.

Джинни Уизли поперхнулась и бешено задышала через нос, чтобы восстановить дыхание. Малфой уже просто трахал её рот, обхватив рукой рыжий затылок.

 — Ты не посмеешь, — отчаянно выдохнула Гермиона.

 — Я уже посмел, — спокойно ответил Драко. — Грейнджер, поменяй Уизлетту, мне больше нравится твоя глубокая глотка. И слушайте, что вы сделаете

 — — -

Ровно в полвосьмого в дверь постучали.

 — Входите! — крикнул Драко.

Друг за другом в комнату вошли чернокожий Дин Томас, рыжий Захария Смит, огромный Грегори Гойл, коренастый шотландец Кормак Макклаген и бледный итальянец Блейз Забини.

Раскрасневшийся, тяжело дышащий Драко кивнул им.

 — Малфой, ты зачем позвал столько народу? — недовольно спросил Смит.

 — Дружба факультетов и всё такое, как говорил педик Дамблдор, — улыбнулся Драко. — Пускай нас сегодня объединит совместный трах Грейнджер и Уизли.

 — Кстати, где они? — огляделся Дин.

 — А ты прислушайся, — посоветовал Малфой.

Все прислушались. В тишине библиотеки слышались чмокающие, сосущие звуки.

 — Под столом, — первым догадался Блейз.

 — Пять очков Слизерину, — кивнул Малфой. — Вот-вот... Ещё немного... Грейнджер, не глотай пока, держи кончу во рту

С тяжким вздохом он кончил, утер пот со лба и заклинанием отодвинул стол.

Все парни ахнули, увидев Гермиону и Джинни. Джинни смотрела в пол, Гермиона закрыла румяное лицо руками. С уголка её губ по подбородку стекала вязкая белая струйка.

 — Познакомьтесь с рабынями Хогвартса. Леди, покажите, как вы любите друг друга. Уизлетта, поцелуй взасос грязнокровку. Грейнджер, поделись с ней моей спермой.

Не смотря ни на парней, ни друг другу в глаза, Гермиона и Джинни обнялись, склонились друг к другу, поцеловались в губы и переплелись языками, перекатывая сперму.

 — Сильнее, — сказал Малфой.

Гермиона так присосалась к подруге, будто хотела проглотить её. Она протолкнула обильную кончу Драко из своего рта в рот Джинни, и девушки сглотнули её. Джинни пальцем убрала сперму с подбородка Гермионы и облизала его.

Все парни кроме Гойла пораженно уставились на это. Ширинки штанов уже трещали.

 — Малфой, ты б хоть... дверь закрыл, — промямлил не в тему Дин. — Вдруг кто войдёт.

 — Вот она, гриффиндорская храбрость, — презрительно сказал Драко. — Кто может прийти в такое время в библиотеку? Ну, кроме Грейнджер, но она уже здесь.

Но дверь в библиотеку он все-таки запечатал заклинанием.

 — Начнём, — сказал он спокойно, но едва удержался от хохота. Он так ждал открытия этого борделя. Сдавать за деньги Грейнджер и Уизли озабоченным старшекурсникам — это ещё интереснее, чем самому трахать их.

 — Шлюхи, сделайте, как я вас учил, — сказал Малфой. Все посмотрели на девушек, те встали, не поднимая глаз. Медленно они сняли с себя даже ту откровенную одежду, залезли на стол, легли бок о бок на спину, подняли ноги к голове и растопырили их. Трясущимися пальцами взялись за ягодицы и оттянули их, показав всем покрасневшие вагины и анусы. Дрожащими голосами они начали говорить:

 — Мы — рабыни Хогвартса. Отсосём хуй или отлижем пизду за один галлеон. Подставим пизду за два галлеона. Дадим в жопу за три галлеона. Другие варианты — за договорную плату. Все цены — за один час. Наши дырочки любят грубость, — тут Гермиона разрыдалась, — и ждут вас в любое время, — Джинни заплакала тоже.

Все замолчали. Первым заговорил Кормак Макклаген:

 — Два галлеона? Да за эти деньги в Лютном переулке я могу снять шлюху не на час, а на всю ночь!

 — Двух блядей на всю ночь, — с умным видом уточнил Захария Смит.

 — Можете, — пожал плечами Малфой. — А ещё вы можете зайти за угол и оттрахать друг друга. Это вообще будет вам бесплатно. Здесь не девки с Лютного, которых противно трахать без пакета на голове. Это Гермиона Грейнджер и Джинни Уизли! Лучшие ученицы, пай-девочки, подружки Поттера и Уизела! Часто вам выпадает такой шанс?

Все немного помолчали. Наконец вперёд шагнул Макклаген и кинул Малфою два галлеона:

 — Это за пизду Грейнджер.

Дин присоединился, протянув Драко два галлеона:

 — За Джинни.

 — Эй! Я хотел её трахнуть! — возмутился Захария.

 — Джентльмены, у них по три дыры, — успокоил Драко. — Хватит всем.

 — Тогда я опробую задницу рыжей, — сказал Смит и отдал Малфою три заляпанных галлеона.

 — Босс, ничё, если я займусь ртом Уизлетты? — спросил Гойл. — Она у меня ещё не сосала.

 — Как хочешь, Грег, — ответил Драко. — Блейз, ты участвуешь?

Блейз Забини задумался.

 — Галлеон за минет от Грейнджер, — наконец он протянул деньги.

 — Тогда я с тобой, оттрахаю её пизду, — сказал Малфой. — Ну, чего мы ждём? Устраивайтесь!

Гриффиндорки не успели опомниться: мужские руки больно схватили их нежные тела, развернули, разложили на невысоком столе. Гермиону положили на бок, ноги заставили подогнуть к груди и заклинанием приклеили их. Она обернулась: Драко Малфой уже разделся и натирал пальцами её половые губки, отчего те ещё больше покраснели. Макклаген спустил штаны, и Гермиона прикрыла глаза: его член был короток, но ещё толще, чем у Гойла. Кормак, не отрывая глаз от чёрной точки ануса Гермионы, сплюнул в ладонь и смазал каменный пенис. Гермиона посмотрела вперёд: там Блейз медленно подрачивал свой член. Её обступили со всех сторон. Она почувствовала, как Малфой легко входит в её влажную вагину, и простонала, когда Кормак с трудом пропихнул в её анал первый сантиметр члена.

Дин лёг спиной на стол. Его чёрный хуй возбуждённо торчал. Гойл с Захарией приподняли Джинни и опустили на Дина: теперь она сидела сверху лицом к нему на самом краю стола. Захария зашёл сзади, а Гойл залез на стол и встал перед Джинни, шлёпнув её пенисом по щеке.

 — Я ведь этого не хотел, рыжик, — сказал Дин. — Мы встречались, всё было хорошо... но ты выбрала Поттера — ещё бы, у него слава, влияние, деньги.

 — Гарри стоит десяти таких, как ты, — прошипела Джинни. — Он узнает, и тогда тебе не поздоровится.

 — Вы долго будете трепаться? — спросил Захария. — Вон они уже начали.

Джинни повернула голову: Гермиону, на которой из одежды остались только белые носочки да яркий гриффиндорский галстук, уже насиловали втроем.

Малфой бойко долбил её пизду, каждый раз вонзаясь до упора, звонко хлопая по ляжкам девушки своим тазом. Бок о бок с Малфоем пристроися Кормак: он кое-как вставил свой толстый хуй в попку Гермионы и теперь покачивался туда-сюда, разрабатывая анал гриффиндорки. Гермиона в холодном поту извивалась на столе, пытаясь не дать парням войти глубоко, но четыре сильные руки подтягивали её назад к членам.

 — Ну у тебя и толстенная палочка, Макклаген! — выдохнул Драко, слегка сбавив темп.

 — А чего ты её рассматривал? — тяжело продышал Кормак.

 — Да я её каждый раз чувствую. Наша заучка ещё довольно тесная, мы членами через стенку трёмся.

 — Это как-то по голубому, — недовольно сказал Кормак.

«Он хоть когда-нибудь бывает доволен?» — подумал Малфой, а вслух сказал:

 — Нет, нормально. Давай вместе — сейчас!

Они одновременно вошли в Гермиону так глубоко, как могли. Гермиона взвизгнула и задёргалась: ей показалось, что сейчас её действительно порвут.

 — Грейнджер, ничего личного, но прикусишь мой член — пеняй на себя, — предупредил Блейз.

Гермиона рыдала и о чём-то умоляюще мычала. Блейз трахал её рот: он один не старался засадить ей по гланды, а предоставил всю работу ей. Гермиона взяла его хуй за щеку и сосала, сбиваясь каждый раз, когда сзади в неё входили слишком грубо.

Стол под ними ходил ходуном и давно развалился бы, если бы не защитные чары. Рядом Джинни как заводная наездница скакала на Дине вверх-вниз. Захария Смит стоял сзади, держал её за плечи и медленными, но глубокими толчками трахал в жопу. У Джинни уже устали ноги, она стонала каждый раз, когда опускалась и насаживала себя на член Дина, и вскрикивала, когда Смит притягивал её к себе, вонзаясь сзади. Гойл так и не смог пристроиться к скачущей гриффиндорке, поэтому она просто дрочила его хуй своим кулачком и иногда облизывала головку.

Не прекращая драть Гермиону на скрипучем столе, Малфой палочкой призвал фотокамеру. Он описал палочкой в воздухе круг, и камера начала медленно кружиться вокруг стола, фотографируя с разных ракурсов первый групповой секс гриффиндорок.

Зачарованная камера сама подбирала лучшие ракурсы и делала фото. Вот она сфоткала лицо Гермионы: слёзы сбегают из изумлённо распахнутых глаз, губки обхватили пенис Блейза Забини, и в щёку упирается головка его члена. Гермиона дёргается и тяжело дышит, но продолжает сосать.

Камера взлетела над Гермионой и сделала ещё кадр: теперь видно, как голую гриффиндорку уложили на бок на столе. Ноги она притянула к груди, выставив всем желающим самое сокровенное. Драко Малфой и Кормак Макклаген дрючат её одновременно: Драко быстрыми глубокими движениями трахает пизду Гермионы, Кормак почти так же уверенно трахает её жопу. Гермиона лежит, как сломанная кукла, не сопротивляясь и уже почти не реагируя на происходящее.

Камера сняла крупным планом у Гермионы между ног: кустик каштановых волос, ниже пылающая алым щёлка, в которой скользит хуй Малфоя, ниже тонкая полоска кожи и за ней натянутый на хуй Макклагена коричневый анус. Слизеринец и гриффиндорец уже приспособились друг к другу и нашли нужный темп: они входят и выходят из Гермионы по очереди, не мешая друг другу. Только иногда они сбиваются и вставляют девушке одновременно, причиняя боль.

После этого камера облетела вокруг Джинни: она трясёт головой, словно на концерте «Ведуний», рыжие волосы торчат во все стороны. Гойл тыкает своим членом ей в рот, но чаще промахивается и шлёпает хуем по её покрасневшим щекам. Иногда Джинни оттягивает крайнюю плоть слизеринца и слизывает с головки первые мутные капли. В остальное время она просто надрачивает толстый член Гойла, чтобы он кончил ей на лицо.

Камера отлетела назад и сделала более общий план. Теперь видно, почему Джинни так мотает туда-сюда: она прыгает на Дине Томасе. Чёрный член Дина не толстый, но длинный: Джинни опускается на него и чувствует, что этот пенис легко раздвигает её вагину, но входит слишком глубоко. (Специально для sexytales.org— секситейлз.орг) К несчастью, ей приходится каждый раз садится на Дина до конца, касаясь ягодицами его ног, а потом сниматься до самой верхушки его члена, чтобы он почти выскользнул из её влагалища, и всё в быстром темпе. У неё уже болят ноги.

Камера перелетела Джинни и сфоткала её со спины. Захария Смит то и дело сбивает Джинни с ритма, входя в неё сзади. Он ебёт гриффиндорку в жопу медленными размашистыми толчками. Когда его член почти выходит из ануса Джинни, она надеется, что Смит выдохся и кончает. Но Захария снова подаётся вперёд, да ещё и притягивает Джинни за плечи, чтобы засадить как можно глубже. Джинни сжимает зубы от боли в попке, да и на её веснушчатых плечиках уже заметны синяки и ссадины.

 — — -

Малфою стало скучно. То есть, ебать пизду Грейнджер было приятно, но он любил более интересные унижения: выродившаяся, извращённая аристократия всегда знала в них толк.

 — Что-то вы невесёлые. Вам не нравится секс, шлюхи? — спросил он рабынь.

 — Отвали, Малфой, — выплюнула Джинни.

Гермиона ничего не ответила: она сосала Блейзу, но через плечо кинула на Малфоя ненавидящий взгляд.

 — Так не годится, — продолжал вещать Драко, не прекращая трахать Гермиону. — Леди, на самом деле вам очень нравится, что вас ебут втроём! Вас это ужасно заводит, вы хотите, чтоб вас трахали сильнее и довели до оргазма. Вот только кончить вы сможете только после того, как я вам разрешу!

Гермиона хотела проклясть Драко. Но в ту же секунду, когда он закончил говорить, она почувствовала, как по её измученному телу разлилось тепло. А потом она почувствовала нестерпимый зуд в торчащих сосках, во влагалище, между ягодиц. Гермиона схватилась за соски и выкрутила их, впилась ногтями. Зуд в них поутих. Но Гермиона откуда-то знала, что дальше ей могут помочь только её насильники: чем грубее и глубже они вставляли ей, тем меньше чувствовался этот зуд.

Она поймала себя на том, что подмахивает Драко и Кормаку, подаётся им навстречу тазом, чтобы её трахали сильнее. Гермионе было больно, но даже боль сейчас ничего не значила. Она перестала сосать взятый за щеку хуй Блейза и проглотила его по яйца — лишь бы он быстрее кончил.

И тут завизжала Джинни. Гермиона скосила глаза: её рыжая подруга прыгала на Дине так, будто хотела проломить стол. Одной рукой она тоже терзала соски, другой бешено дрочила Гойлу. Запрокинув голову, Джинни кричала в потолок:

 — Нет! Да! Ещё... О Мерлин, я не могу так, — она так резко опустилась на член Дина, что стол затрещал. — Дин, да, сильнее! Моя попа... больно... Смит, глубже! Смит, порви мою задницу! Умоляю, ещё... ещё! Сильнее! Сделайте мне больно!

Гойл удивлённо пялился на гриффиндорку. Дин и Захария улыбались и выполняли её просьбу. Джинни перестала кричать и всё-таки поймала ртом конец Гойла. Она сразу же яростно присосалась к члену, причмокивая, высасывая всё до капли. Но Захария снова притянул её назад, вонзаясь в задницу, пенис Гойла выскочил из рта девушки, и тут же он кончил, выстрелив струями спермы. Конча попала в распахнутый рот Джинни, на щёки, на лоб и в глаза. Она тут же на автомате облизала губки, проглотив всю сперму, до которой дотянулась.

Гермиона сама уже не могла терпеть: всё тело пылало, в глазах плыло. Умоляющий крик уже рвался из её груди, когда Блейз выстрелил кончой ей в горло. Гермиона поперхнулась спермой и чуть не выплюнула её, но всё-таки сдержала рвоту и проглотила всё до капли.

Едва она почувствовала сперму на языке, жар и зуд усилились в десять раз, будто Гермиона выпила афрозодиак. И тогда Гермиона сдалась и закричала:

 — Ебите меня! Это нестерпимо... Драко, помоги! Делай со мной что хочешь, но останови это!

 — Всё, что захочу? — Драко задумался, нагнулся к уху Кормака и что-то шепнул. Макклаген кивнул. В эту секунду они почти перестали трахать Гермиону, но она сама выгнула спину и насадила свои дырки на пенисы. Из её растраханного, расширенного влагалища на блестящую столешницу стекала струйка выделений.

 — Грейнджер, видишь книгу там на стеллаже? — сказал Кормак. — «Второе восстание гоблинов». Расскажи нам наизусть её четвёртую главу, и сможешь кончить.

Гермиона бросила затуманенный взгляд на книжную полку. Конечно, она прекрасно помнила эту книгу, но в таком положении рассказать её

 — Четвёртая глава, — плачущим голосом начала девушка. — В лето 1191 бунтовщик-гоблин Моноцит Дерзкий привёл отряды гоблинов к Лондону... — Гермиона осеклась и простонала, когда Кормак почти вывернул её анус наизнанку сильной фрикцией. Она дёрнулась назад, чтобы он следующим движением вошёл ещё глубже. — ... привёл отряды гоблинов к Лондону и выдвинул ультиматум

Гойл и Блейз, которые отошли к окну, удивлённо слушали, как пересказывает учебник скорчившаяся в лужице собственного пота и выделений девушка. Блейз взял с полки ту самую книгу и открыл на четвёртой главе.

 — Шпарит наизусть, — убедился он.

 — Всезнайка, — ответил Гойл. — Она шпарит, а её шпарят, — он засмеялся над собственной тупой шуткой.

 — И гоблины начали осаду... ой мама, ой Мерлин, — бормотала Гермиона.

 — Хватит, Грейнджер, мы пошутили, — прервал её Драко. — Вы сделаете другое. Во-первых, когда все джентльмены кончат, вы почистите ртами их члены после ваших грязных пёзд и задниц.

 — Согласна! — крикнула Гермиона.

 — Да! — крикнула Джинни, качаясь на члене Дина.

 — Во-вторых, теперь вы тоже будете получать удовольствие от наших игр. Малфои щедры, — Драко продолжал болтать, не забывая двигать членом в мокрой щёлке Гермионы. — Теперь, когда вы у кого-нибудь отсосёте, вы обязательно проглотите его сперму, если только он сам не захочет кончить на лицо или ещё куда-нибудь. Сглотнув сперму, вы возбудитесь, хотя это возбуждение вы ещё сможете снять, подрочив. То же самое, если вы подлижете какую-нибудь девушку.

А если вас будут трахать по-настоящему, то вы заведётесь ещё сильнее — чем дольше вас будут ебать, тем сильнее вы возбудитесь. И в этом случае кончить вы сможете только с моего разрешения или с разрешения того, кто вас трахал!

 — Короче, подмахивайте парням как следует, чтобы они спускали побыстрей. Иначе окажетесь в таком же положении, как сейчас, — подытожил Блейз. Драко кивнул.

 — Гори в аду, Малфой, я согласна, — простонала Джинни. Дин, который уже еле сдерживал оргазм, притянул её к себе, чтобы пизда Джинни не так засасывала его член. Поэтому Джинни оставалось только подмахивать попой Захарии. Смит яростно буравил её анал, шлёпал бёдрами по её ляжкам и запускал пальцы в рыжую копну волос.

Гермиона стонала через сжатые зубы. Малфой ущипнул её набухший клитор, и она завопила:

 — Хорошо! Согласна!

 — И последнее, — добавил Малфой. — Когда вы в следующий раз встретите Поттера и Уизела, скажите им вот что

И Драко объяснил гриффиндоркам их задание.

 — Нет! Никогда! — хором выкрикнули Джинни и Гермиона, едва он всё сказал.

 — Как хотите, — пожал плечами Малфой. — Джентльмены, пора заканчивать с ними!

 — Да! Пора! Как хорошо, — Дин простонал и кончил. Струя густой горячей спермы ударила в надетую на член Томаса вагину Джинни, и стекла из неё вниз белыми каплями по чёрному члену.

 — Я с вами! — гаркнул Захария. Он сделал пару последних яростных фрикций и спустил в обтянувший его пенис анал рыжей Уизли. Он кончил так обильно, как никогда раньше. Джинни потом придётся долго очищать свой задний проход, собирать и съедать сперму из собственной задницы.

Пенисы Томаса и Смита вышли из отверстий Джинни. Она закричала от нестерпимого возбуждения и скатилась со стола. Её тело будто горело огнём, пустота внутри разрывала рыжую девушку на куски. Джинни не почувствовала, как ударилась о пол, она тут же сунула руки между ног и засунула три пальца во влагалище и три — в анус. Несмотря на боль, Джинни стала яростно дрочить, долбить себя пальцами, вставляя их на всю длину. Это помогло, но немного.

Повернувшись, Джинни поймала безумный взгляд Гермионы. В неё тоже уже кончили, причём Кормак накончал столько, что пульсирующее анальное отверстие девушки выплёвывало сперму. Теперь Макклаген и Малфой держали Гермиону за руки и не давали ей мастурбировать. К счастью, Гермиона тоже упала рядом со столом: она ногами обхватила его деревянную шершавую ножку и натирала об неё свою мокрую алую щёлку, дёргаясь вверх-вниз. Ножка уже блестела от выделений. Гермиона то кричала, то скулила в унисон с Джинни.

Захария и Дин встали над Джинни, загородив от неё Гермиону.

 — Смотри, а у неё теперь другое тату! — заметил Смит.

 — Это заколдованные татуировки. Что там теперь написано? — спросил Малфой.

«Хуесоска — отсосала 3 члена. Сосала у брата. Глотает кончу. Пиздолизка — отлизала 1 пизду. Шлюха Хогвартса: приняла в пизду 2 члена. Анальная шлюха: приняла в жопу 2 члена. Еблась в три дыры одновременно. «, — зачитал Захария. — А ты, Малфой, похоже, помешан на точности побольше, чем Грейнджер.

 — Вы в Пуффендуе не умеете оскорблять, — отмахнулся Драко. — Рабыни, вы решились? Или мне оставить вас тут, чтобы вас в таком виде нашли другие студенты?

 — Я согласна! — выкрикнула Гермиона. — Я больше не могу, я согласна.

 — Согласна! — вырвалось у Джинни почти помимо собственной воли.

 — Тогда кончайте, — кивнул Малфой.

Джинни почувствовала, как её пизда, сокращаясь, буквально засосала в себя её пальчики по самую ладонь. В следующую секунду она выдернула пальцы из себя и завизжала. Струйка женской кончи фонтанчиком вырвалась из её вагины, забрызгав ноги и пол. В метре от неё такой же фонтанчик испустила Гермиона. Внутри их голов ослепительной вспышкой пронеслись все события последних дней, они вспомнили каждый член, который в них входил. Представили, сколько в них ещё войдёт в ближайшие недели. Они поняли, что скоро станут просто телами, куда все озабоченные подростки будут сливать избыток спермы, и с этой мыслью они кончали и кончали почти до потери сознания...

Гриффиндорки лежали на полу почти без чувств. Парни обступили их.

 — Подъём, — скомандовал Малфой. — У вас ещё есть работа.

Нехотя Гермиона и Джинни сели — и увидели перед своими лицами четыре грязных члена.

 — Пока вы сосёте, я вам кое-что напомню, — сказал Малфой. — Вы выполняете приказы. Теперь, если кто-нибудь купит ваши услуги у меня, вы выполните то, что он попросит, даже если вам придётся трахнуться с ним на трибуне во время квиддичного матча! Понятно?

В другое время Гермиона пришла бы в ужас. Сейчас она так устала, что ей было почти всё равно. Она по очереди облизывала член Драко и член Макклагена. Рядом Джинни так же слизывала всё с хуёв Дина и Захарии, морщась от мерзкого, солёного и горького вкуса. Гриффиндорки выпускали изо рта члены, оттрахавшие их пёзды, только для того, чтобы проглотить члены, оттрахавшие их задницы. И они не знали, что хуже.

 — Ладно, нам пора, — сказал Малфой. — А то ведь у нас ещё занятия — сдвоенные заклинания, травология... Надеюсь, вы сделали домашнее задание? До вечера можете отдыхать, рабыни, а за ужином вам, может быть, найдётся работка. Помните, что вы должны ответить Поттеру и Уизелу!

И все вслед за Драко вышли из библиотеки, оставив голых, покрытых синяками и спермой гриффиндорок в одиночестве. Джинни и Гермиона минут пять молча сидели как пришибленные, потом стали кое-как одеваться в свою полупрозрачную укороченную форму, не говоря друг другу ни слова.

Вернувшись в гостиную Слизерина, Драко нашёл Слизнорта и закрылся с ним в кабинете «по срочному делу». Блейз подкрался к закрытой двери и стал подслушивать через замочную скважину.

 — Ну, чё? — спросил его Гойл.

 — Сначала Слизнорт кричал: «Что ты наделал, Драко! Ты захотел в Азкабан?», — рассказал Блейз. — А Драко ответил что-то вроде: «Всё законно, профессор. Вот рабский контракт — ни один суд не подкопается. Кстати, профессор, я же знаю, что вы растратили школьный фонд на новый домик у моря, было дело? И вспомните ещё те взятки, которые вы взяли на экзамене — я многое знаю. Может, мы договоримся?» Теперь они о чём-то шепчутся.

 — У босса всё схвачено, — важно заметил Гойл.

 — Значит, контракт настоящий? Всё законно? — спросил Забини.

 — Ага, — сказал Гойл. — Это Люциус вроде его Драко прислал.

 — Да? Интересно, откуда такая бумага у Люциуса.

 — Вот чё не знаю, Забини, того не знаю, — сказал Гойл. — Люциус вообще голова...

Дверь распахнулась. Слизеринцы успели отскочить. Трясущийся Слизнорт вышел из кабинета и бросил на ходу:

 — Договорились, мистер Малфой! Делайте что хотите, но под свою ответственность. Я ничего не хочу об этом знать!

Улыбающийся Драко вышел следом.

 — Всё хорошо, — сказал он друзьям. — Старик Слиззи нам не помеха. Хотите кое-что увидеть?

Он подошёл к доске в гостиной Слизерина, где вывешивали расписание и объявления, и достал из мантии пачку фотографий. Быстрыми движениями палочки он прикрепил фотографии к доске.

Гойл присвистнул. Это были большие (где-то 20*30) движущиеся колдофотки, где был заснят сегодняшний трах гриффиндорок. Лиц тех, кто их насиловал, не было видно, за исключением лица Малфоя. В основном там были крупные планы голых Гермионы и Джинни. Во всех подробностях было показано, как их пёзды и анусы натягивают на крепкие мужские члены. Изображения двигались, девушки извивались и беззвучно стонали, показывая, как их самих заводит грубая групповуха. Ещё несколько колдофото того же плана, но сделанные в Косом переулке и Хогвартс-экспрессе, висели сбоку. Снизу тянулась подпись: «Рабыни Хогвартса. Интересующимся просьба обращаться к Драко Малфою. « и были перечислены цены.

 — Круто, — сказал Гойл.

 — Я заколдовал доску так, что эти снимки увидят только старшекурсники, — объяснил Драко. — Рано мелюзге это видеть, да мелюзга ещё и не умеет держать язык за зубами. Вас это тоже касается. Можете потихоньку искать мне клиентов, но осторожно. Если это раньше времени дойдёт до Поттера или МакГонагалл, у меня могут быть проблемы. Имейте терпение, ещё пара недель и вы сможете ебать Грейнджер и Уизли посреди Большого зала!

 — — -

 — Джинни, нам надо поговорить! — крикнул Гарри.

Джинни Уизли испуганно обернулась к своему парню.

 — Будь добра, объясни мне, в чём дело! Почему вы с Гермионой одеты почти как в публичном доме, почему вы нас игнорируете, что вообще происходит! — Гарри завёлся.

Джинни молчала, но знала, что скоро ей придётся сказать и сделать как было велено Малфоем.

 — У тебя появился другой? — мягко спросил Гарри, взяв себя в руки. — Если так, то признайся, не мучай себя и меня.

Джинни опустила голову.

 — Ты прав, Гарри, у меня появился другой, — еле слышно сказала она. — Посмотри сам.

Она расставила ноги, подняла юбку (хотя особо поднимать было нечего), и показала Гарри припухшую пизду, от которой вниз по ногам тянулись белые струйки. Гарри ахнул и выругался, помянув Мерлина.

 — Понимаешь, — прошептала Джинни, — все женщины в нашем роду немного нимфоманки — сам посуди, у моей мамы семь детей! Мне жаль, Гарри, но ты не мог меня удовлетворить, и я нашла того, кто может. Прости, я больше не хочу с тобой говорить.

Она развернулась на каблуках и убежала.

Гермиона поднималась по узкой винтовой лестнице и лицом к лицу столкнулась с Роном. Она попыталась проскочить мимо, но Рон помешал ей:

 — Слушай, в чём дело? Если ты на что-то обиделась, то скажи, я всё исправлю. Только не молчи!

Гермиона судорожно сглотнула. Она знала, что приказ Малфоя не даст ей промолчать. Медленно и равнодушно она произнесла:

 — Рон, ты хотел бы заняться со мной анальным сексом?

Рон чуть с лестницы не свалился от удивления.

 — Ну, наверное хотел бы, — осторожно ответил он. — Это предложение?

Вместо ответа Гермиона повернулась к нему спиной и нагнулась до пола. Её неприлично короткая юбка задралась, показав отсутствие нижнего белья. Гермиона пальчиками раздвинула ягодицы, и Рон увидел раскрытую дырку ануса. Растянутый сфинктер сократился, выдавив наружу две капли спермы. Одна капля стекла вниз, к покрытому полузасохшей спермой влагалищу, другую каплю Гермиона сняла указательным пальцем и облизала его.

 — Это предложение, но не тебе, Рон, — неестественно высоким голосом сказала Гермиона. — У меня есть другой, и как видишь, я с ним счастлива. Не лезь ко мне и не говори со мной.

 — Ты с ума сошла? Ты под Империусом? Тебя шантажируют? — выпалил Рон.

 — Я в своём уме, я не под Империусом и меня не шантажируют, клянусь своей магией, — ответила Гермиона. — А теперь уйди!

Она проскочила вверх по лестнице мимо Рона. Только отбежав подальше, она разрыдалась.

Тем вечером за ужином Гарри и Рон сели подальше от Гермионы и Джинни. Они старались хотя бы встретиться с гриффиндорками взглядом, но те смотрели в тарелки, вяло жевали и ёрзали, будто им было неудобно сидеть. Если бы Гарри и Рон побольше смотрели по сторонам, они бы, может, заметили, какие взгляды кидали на их бывших подруг из-за слизеринского стола (а кое-кто — и из-за столов Пуффендуя и Когтеврана).

Но парни вообще ушли с ужина пораньше, и не видели даже, как перед гриффиндорками опустились две школьные совы, как Гермиона прочитала записку и безнадёжно осмотрела стол Когтеврана, а Джинни — стол Слизерина. Потом они встали и поспешили — Гермиона в женский туалет, а Джинни в чулан для мётел.

Все давно спали, когда Гермиона и Джинни вернулись в гриффиндорскую башню и закрылись в ванной. Никто не слышал шум воды, плач, голос Гермионы: «... выдёргивала мне волосы, пока я делала куннилингус... « и слова Джинни: «... был очень груб, но хотя бы дал кончить... «. Даже Драко Малфой уже спал. У него будет много времени впереди, чтоб узнать об успехах своих рабынь.