• Наша группа в -

Элли. Часть 1: Невинная и наивная

2990 просмотров
Глава 1. Поворот судьбы

— Ты не боишься судьбы, Элли?

Эйлен (или как звали ее ласково: Элли) отвлеклась от вида за окном автобуса и посмотрела на сидящую рядом подругу:

— Нет, Каролина, сегодня все мы обретем дом, разве можно этого бояться?

Каролина откинулась на спинку кресла и недовольно скрестила руки на груди.

— А вот я боюсь: кто знает куда мы попадем? Может быть эти люди будут злые, бесчестные и жадные? Будут издеваться над нами? — в глазах Каролины гляделся неподдельный страх, она тряслась как кролик перед бойней. — Элли, я уже совсем не хочу туда! Остался всего какой-то час и нас разлучат навсегда!

Элли лишь нежно улыбнулась в ответ:

— Каролина, они не смогут нас разлучить, ведь еще два года — и мы станем совершеннолетними! Никто не сможет нам указывать, а накопившиеся за время работы деньги мы сможем использовать, чтобы начать новую жизнь! Не переживай, я буду писать тебе!

Через час Каролину высадили на остановке перед громадным зданием — какой-то частной школой. Девочка помахала Элли на прощание и, приподняв багаж, направилась к массивным дверям. Эйлен осталась одна в автобусе: ее новый дом находился дальше всех остальных девочек. Еще два часа скучной и одинокой езды.

Ее нежная бархатная ручка взметнулась поправить темно-рыжие волосы, растрепавшиеся из хвоста. Надо быть красивой и аккуратной леди, чтобы произвести впечатление на своих новых хозяев. Руки слегка дрожали, когда она начала расчесывать длинные волосы. Не то чтобы она боялась, скорее начала волноваться перед этим решающим событием в ее жизни.

В детском доме к ней относились сносно: не обижали, кормили, одевали, но особо не баловали. При этом, она сильнее других ожидала, когда, наконец, достигнет восемнадцати лет — возраста, при котором всех девочек детского дома пристраивали на работу в различные заведения, семьи, организации. И вот сегодня, их, наконец-то, развозили по рабочим местам.

Перед поездкой, Элли выдали новую красивую одежду — длинное темно-зеленое платье с кружевами, самое красивое из всех, которые были у других девочек, чем Эйлен очень гордилась.

Вы спросите, как я представляю себе Элли? Я приложу фотографию, которая меня вдохновила на создание ее образа:

Нежная, с пухлыми губами, которые смогли бы свести с ума многих, рыжеволосая девочка, которая ехала на встречу своей новой судьбе.

Автобус остановился слишком внезапно: Элли еще не была морально готова к выходу. Водитель нетерпеливо выглянул из своей кабины.

— Проблемы, детка? — его взгляд, похотливо пробежавший по телу девушки, напугал ее до ужаса.

— Нет, господин, — девочка потупилась и уже вскочила с сидения, чтобы вылететь пулей из автобуса, но водитель, которому чертовски понравилось обращение «господин», вышел из кабины и загородил ей проход к двери.

В приюте для девочек не было мужчин: некому было оценить красоту Эйлен, некому было преподать ей урок — не доверяй незнакомым мужчинам и будь осторожна. Лишь иногда, этот же водитель вывозил их на прогулки. Поэтому подобная ситуация ввела в ступор — девушка замерла на месте, держа в ручках легкую сумочку.

— Куда ты так быстро собралась? Я так понял, что ты не хочешь покидать меня, — облизнулся водитель, он был высоким и сильным мужчиной, который одной рукой справился бы с такой хрупкой девочкой как Элли. — И я тебя не тороплю!

Элли стала отступать в конец автобуса, все это ей не нравилась, хотя она не совсем понимала, что же хочет от нее этот ужасный мужчина. Но одно она знала точно — все нутро кричало «Беги, Элли, беги от него». Только сейчас она заметила, что за окнами автобуса с обеих сторон находится лишь чистое поле, окруженное лесом — это не было похоже на тот особняк, в котором ожидали ее приезд.

— Пожалуйста, — взмолилась она, когда дошла до закрытых задних дверей, а этот монстр все надвигался. — Отпустите меня, мне уже пора!

Он не слушал ее, а так же медленно надвигался, предвкушая небольшое развлечение.

— Как удачно, Элли, что именно ты оказалась последней на развозке, ведь ты давно привлекала мое внимание, когда я возил вашу группу с преподавателями за город!

Девочка выпустила из рук сумку, увидев бугор на брюках водителя: кое что девочки в приюте обсуждали и рассказывали о мужчинах, и эти вещи были не из хороших. На глазах Эйлен появились слезы. Но ничего, она была не первой девушкой, с которой так жестоко обходился этот человек. Его любимым занятием было развлекаться с последними на развозке девушками, ни одна из которых не умудрилась сообщить об этом в приют.

Элли зажмурилась. Она уже чувствовала его дыхание на своей щеке. А он не торопился: он знал, что торопиться некуда — они еще в километре до места назначения, а значит никто их не услышит посреди пустынного поля.

— Детка, у тебя такие пухлые губки, они сводят меня с ума! — прошептал водитель ей на ушко.

Элли, судорожно всхлипнув, попыталась отпихнуть его своими хрупкими ручками, но все было тщетно. Мужчина грубо схватил ее за руки и отвел их в стороны, на что девушка начала кричать и судорожно метаться из стороны в сторону. Облокотившись на заднюю стенку автобуса, она начала задирать ноги и с силой загнанной жертвы дубасить водителя. Один из ударов пришелся как раз по вздыбленному бугру, что на секунду ослабило хватку хищника, который не ожидал такой прыти от восемнадцатилетней девушки.

Эйлен воспользовалась этой слабиной и вырвалась из рук мучителя. Она бежала через салон автобуса к двери... к двери, которая оказалась запертой.

Тогда она ринулась в кабину водителя, но, запутавшись во всех этих рычажках и кнопках на панели вождения, снова начала паниковать. Элли оглянулась на секунду, чтобы понять, что ее мучитель уже бежит в ее сторону. Нежные кулачки начали дубасить по панели, нажимая на все, что попадется под руку.

Дверь открылась в тот момент, когда ее уже схватили за талию и повалили прямо на эту панель.

А ты оказывается горячая, сучка! — прошипел мужик и прижал ее своим телом.

Элли истерически завопила и пыталась толкаться, хотя понимала, что никто ее не услышит, что она не сможет спихнуть с себя этого здорового самца.

Его грубые руки разорвали сзади платье, затем трусики и добрались до нежной и невинной попки. Эйлен зажмурилась и обмякла, пытаясь задуматься о чем-то другом, о чем-то хорошем, лишь бы оказаться сейчас как можно дальше от этого ужасного места. Но не получилось: ужасная боль вернула ее к реальности.

Водитель сжал ее ягодицы так сильно, что Эйлин невольно вскрикнула и снова задергалась. А грубые руки начали лапать девушку между ног, добираясь до самого сокровенного, прикрытого легким пушком.

— Нет! Нет! — снова закричала она, не желая мириться с реальностью, слыша, как насильник расстегивает свой ремень.

— Ты будешь визжать, моя крошка, — злорадно прошептал он и с силой ударил ее по попке своим ремнем. Крики девушки сливались с ее слезами и захлебывающимися словами, просьбой пощады. Никто и никогда ей не делал еще так больно. Никто не обращался с ней так, даже воспитательница, которая один раз отшлепала ее.

Внезапно удары прекратились — это водитель стал любоваться ее раскрасневшейся попкой.

— А теперь, малышка, мы перейдем к самому интересному, — прошипел мучитель, расстегивая штаны. — Ты надолго меня запомнишь, а я, в свою очередь, надолго запомню твои губки

— Пожалуйста, отпустите, — плакала Элли, мир которой рушился на глаза.

Она не боялась судьбы, она не боялась нового мира, но на самом деле, она просто не знала насколько он может быть жесток и ужасен за пределами приюта.

Водитель достал свой член и провел им по нежной попке, на что Элли протестующие выгнулась и снова начала брыкаться, но мужик крепко и больно схватил ее за шею.

— Я так понял, что тебя еще не трахали? Ммм... люблю таких! Хотя среди вас, сироток, встречаются и шлюшки...

— Помогите! — завопила Эйлен от отчаяния, чувствуя, как твердый член уперся в ее нежную и невинную киску...

Глава 2. Наблюдатель

Она сжала зубы и зажмурилась, ожидая, что сейчас последует жуткая боль, но, вместо этого, хватка водителя внезапно ослабла, раздалось кряхтение, и тяжелое тело перестало наваливаться на Элли, будто бы куда-то исчезло.

Девушка оглянулась и увидела незнакомого мужчину, схватившего ее неудавшегося насильника за шею, приподняв его над полом. Этот мужчина был красив и статен, в черном аккуратном костюме, и силы ему было не занимать — поднял здорового водилу перед собой.

Эйлен упала на пол и прикрылась разорванной юбкой, с благоговением наблюдая за черноволосым незнакомцем.

Тот швырнул водителя на пол и навис над ним как громовой суд, под восхищенным взглядом Элли.

— Это дорого тебе обойдется, — спаситель шептал, но этот шепот разносился по всему автобусу.

Водитель под холодным и властным взглядом этого сурового мужчины даже не пытался пошевелиться, видимо понял, кто перед ним.

Элли сидела в своем углу с замеревшем сердцем, боясь подать признаки жизни. Страх от величия человека, стоявшего перед ней, сковал все тело. И, одновременно со всем этим, она не могла поверить своему счастью. Минуту назад девушка была всего на волосок от чего-то постыдного, унизительного, а теперь оказалась в безопасности. По крайней мере, она верила в это.

Ей стало дурно от осознания того, что с ней собирался сделать этот мерзавец. В глазах помутнело, и девушка впала в беспамятство. Последнее, что она услышала — это глухие удары и жалобные вскрики ублюдка водителя.

***

Легкая тряска привела Эйлен в чувство. Она лежала на сиденье открытого экипажа, запряженного лошадьми, а в качестве возницы выступал ее спаситель. Мужчина не заметил пробуждения девушки, чем она воспользовалась, чтобы осмотреться.

Они ехали по каменной дороге вдоль обрыва, оканчивающегося морскими волнами, а сама дорога вела к горному перевалу.

— Пока ты спала, я заглянул в твою сумку, — без доли смущения заговорил мужчина.

Эйлен вздрогнула и вжалась в сиденье экипажа.

— Там были документы из твоего приюта. Мне очень жаль, что мы познакомились при таких обстоятельствах!

Эйлен продолжала недоумевать, но молчала. На нее снова начал накатывать страх.

— Куда мы едем? — наконец спросила она как можно смелее и увереннее своим звонким голоском.

— Туда, куда ты ехала в обществе этого ублюдка, — мужчина обернулся к ней, на что Эйлен замерла и приоткрыла рот, дивясь красоте своего спасителя. — В мой особняк!

У него были четкие черты лица, черные не очень длинные волосы, но холодные и странные зеленые глаза. Элли покраснела и отвернулась под его пристальным взглядом, но нашла в себе силы ответить:

— Значит вы — граф Гольдман?

— Зови меня просто Генри, хорошо? Эйлен, — он пронизывающе посмотрел на нее, от чего девушка поежилась в своем кресле. — У тебя красивое имя...

Его взгляд на секунду задержался на ее губах, а затем он отвернулся, чтобы наблюдать за дорогой.

Элли задрожала: она вспомнила слова Каролины о жестоких и страшных людях. Граф Гольдман хоть и спас ее от чудовищного изнасилования, но сам не казался кем-то благородным и нравственным. И это начало пугать ее еще больше.

За пятнадцать минут они проехали через перевал и оказались в красивой лесной долине, среди которой находился великолепный, но мрачный особняк.

Элли взяла свою сумку и, выпрыгнув из экипажа, направилась по каменистой дороге через сад к массивным дверям. Генри сразу последовал за ней.

— Эйлен, скажите, чему вас учили в приюте?

Девушку этот вопрос загнал в небольшой ступор и немного насторожил.

— Когда вы соглашались на мое опекунство, вы разве не искали девушку с определенными способностями? — удивленно спросила она, остановившись прямо перед дверьми.

— Я хотел бы услышать именно от вас, а не от приюта, который был готов мне пообещать все, что угодно, лишь бы я согласился, — граф весело улыбнулся девушке, но ей эта улыбка совершенно не понравилась. — Проходите, двери никогда не бывают заперты, в этом краю и не требуется...

Эйлен осторожно толкнула двери и вошла в тускло освещенный зал. К девушке тут же подскочил пожилой слуга, приняв ее багаж, и, не обмолвившись ни словом, исчез так же внезапно, как и появился.

Девушка огляделась: здесь было мрачно-красиво. Старинный интерьер завораживал.

Мимо проскочили две служанки среднего возраста, которые, увидев платье Элли, недовольно фыркнули. Девушка покраснела и попыталась прикрыть руками разодранную ткань.

— Эйлен, не переживайте, — Приобнял ее за плечи граф, на что девушка вздрогнула, но ощутила невольное наслаждение от его прикосновений. — Ваша личная служанка покажет вам вашу комнату, умоет вас, оденет и вы будете блистать!

— Что? Моя личная?... — слова застряли в ее горле. — Я разве не?..

Граф Генри только засмеялся, но от его смеха ей не стало теплее, а, напротив, еще более страшно.

— А теперь, иди к себе, отдохни!

***

Вечером было так хорошо понежиться в теплой ванне, попытавшись забыть тяжести сегодняшнего дня. Но вот попка саднила после жестокого обращения с ней, и напоминала о насильнике. Интересно, что с ним в итоге стало? Что граф Генри сделал после того как обещал, что тот пожалеет? Но это уже было не важно. «Главное, что я теперь в безопасности! Здесь неплохо, а граф действительно милый и даже красивый, хоть немного и зловещий, но, может, все они мужчины-графы такие!» — подумала девушка.

Элли опустила руку под воду, чтобы почесать бедро с внутренней стороны и, в процессе, слегка коснулась себя между ножек. Тело окутала сладкая истома. (Специально для — ) Элли снова коснулась себя там. И тут ей стало стыдно, что она снова хочет это сделать, тем более в чужом доме! Но погладить себя там было так приятно, так помогало отвлечься от ненужных мыслей!

Элли прикрыла глаза и продолжила поглаживать себя. Сначала, было просто приятно, до того момента, пока она не подумала о графе Генри и о том, как он приобнял ее за плечи. Тело окатило легкой дрожью, девушка слегка застонала: мысли о Генри доставляли ей сильное удовольствие.

И она начала представлять себе как он стоит в этой комнате и смотрит на то, как она моется в этой старинной ванне, как разглядывает своим пронизывающим взглядом ее тело, особенно как смотрит на ее губы...

— Ахх, — вырвался нежный стон из приоткрытых губок, а рука под водой стала тереть клитор все быстрее. — Генри... ммм...

Другой рукой девушка ухватилась за край ванны судорожно сжимая его, пока чувствовала накатывающие волны наслаждения. В этот момент она почувствовала себя развратной и грязной девушкой, которая хочет своего опекуна и мастурбирует, представляя то, как он смотрит на нее.

Она слегка прикусила нижнюю губу. Ее тело начало выгибаться вверх, отчего небольшие, но сладкие и нежные груди выглянули из под воды. И тогда ее губы раскрылись, издавая сладостные и нежные стоны страсти, вырвавшиеся во время оргазма.

Элли обмякла и положила голову на стенку ванной, снова сладко прикусив нижнюю губку.

Она так и не заметила, как дверь в ее комнату тихо притворилась с обратной стороны.

(продолжение следует)